about_zaches

"Размер не имеет значения", - такой вариант сценария был утвержден правлением ЖОПса в рамках кампании по повышению ценности бренда корпорации среди общественности.
Сцена1. Ярко накрашеная дама в красном платье идет по легко узнаваемой зрителям провинциального городка улице. (Это наш город, - думают они, - значит фирма, снявшая ролик, близка нам и работает для нас, жителей городка). Из-за угла навстречу даме появляется группа юных рапперов, которые кричат "Ё-ё" ей вслед. Дама ставит каблук на паребрик, поправляет чулок и вызывающе подмигивает им, "Мальчишки! Мечтают о любви", - комментирует она оператору.  
Сцена 2. Дама продолжает идти по улице (Какая демократичная, открытая женщина, - думают телезрители. - Кто же она?). Навстречу из дорогого кафе выруливает молодой человек в костюме. Дама, протискиваясь в двери, слегка задевает его и "О!", - игриво намекает на произведенное им впечатление. Мужчина улыбается в ответ. "Алексей Игоревич, бизнесмен. Любит расслабиться после работы", - демонстрирует девушка свою осведомленность. (Все-таки, какая положительная женщина, - думают телезрители. Так кто же она?)
Сцена 3. Из ляхсуса задом к прохожим неуклюже вылазит толстый гражданин. Дама останавливается возле, немного ждет и ласково улыбается,  когда тот поворачивается наконец лицом. Мужчина тоже рад ее видеть. (Надо же, - заинтригованы телезрители.- Она со всеми доброжелательна, эта милая женщина. И уже мы чувствуем, как повысилась лояльность к фирме, выбравшей эту замечательную актрису в свой ролик) "Николай Васильевич, - комментирует дама. Наш единственный олигарх".
Она идет еще пару минут (агентство настояло, что лучше идти подольше), улыбаясь лету и прохожим мужчинам. И в конце всех этих концов останавливается на пороге ЖОПса. "Почему я их всех знаю? - заигрывает с оператором. Потому чт они все - мои клиенты!" Заставка - мигающая цветными огнями вывеска ЖОПса.(Так вот откуда эта прекрасная женщина, - радостно догадываются телезрители. - Значит, ЖОПс - очень хорошая, социально ответственная организация). Да, в конце еще слоган "Размер не имеет значения. ЖОПс - для больших, средних и малых"  

Крошка Цахес все-таки вернулся... Москва была прекрасна, спорить до хрипоты на съемочной площадке и гулять всю ночь по светящимся улицам. Когда рядом он. Манящий и недоступный, господин Свалий.
- А как Вы оцениваете творчество Гринуэя? И не кажется ли Вам, что мы создаем некий коммерческий аналог его работ, господин Свалий...
- Ну, разумеется, мой милый Цахес...
Но, к сожалению, все заканчивается. Съемки пролетели стремительно. И к тому же чары Доброй Феи на расстоянии тысяч километров работали также ненадежно, как отказоустойчивый сервер ЖОПса, купленный директором по коммуникациям посредством невъебенного отката, то есть отката невиданных масштабов. Даже сумма вознаграждения за ролик, без предоплаты, не могла заставить продюсера и творческий коллектив агентства "Григорьев и партнеры" сдерживать хохоток за спиной Цахеса. В общем, пора. Пора возвращаться на родину, к героическому труду на благо Корпорации.  

Вниманию всех служб безопасности ЖОПса! По защищенному каналу связи к нам поступила информация, что в Глобальной Информационной Сети Интернет на регулярной основе публикуются тексты, компрометирующие ЖОПс, его руководство и ведущих сотрудников. Тревожные слухи заставили директора корпорации осторожно выглянуть в коридор, оставшись незамеченным проскользнуть мимо пары секретарш и отправиться на поиски Заведующего безопасностью.
"Срочно найти источник и доложить лично", - скомандовал он Завбезу, обнаружив его конспиративное укрытие в коридоре этажом ниже.
- Есть!, - отрапортовал тот и продолжил свой путь по-пластунски - искать кнопку от Глобальной сети, будь она неладна. Уже два раза искали...

- "На одном дыхании". Ну что это за название?, - карлик зажал в кулачке свеженаписанную статью господина Свалия и игриво прихрамывая направился в сторону его рабочего места. - А материал преекррасный, чудный материальчик. (Цахес много читал о человеческой психологии и знал, чтобы заручиться доверием человека, нужно обязательно его немножко поругать, а потом обязательно похвалить)
- Позвольте! - возразил было уязвленный автор. - Имеется в виду, что поглощенная фирма будет жить теперь одним дыханием с ЖОПСом, ужели не патриотично.
Цахес застенчиво захихикал :
- Ну, знаете ли, господин Свалий, одно дыхание бывает у двух особ в некоторых довольно щекотливых обстоятельствах. Мне ли вам рассказывать. Вот и песня даже такая имеется.
Тут он запел некогда известный хит рок-группы Наутилиуспомпилиус. Получилось негромко, но жутковато. Так, что свидетели сценки сразу поняли, что здесь поисходит нечто очень личное - только для двоих. Они уткнулись в свои мониторы и начали торопливо наколачивать свои тексты, стараясь оставаться незаметными.

Жизнь налаживалась. Тесная коморка Цахеса в аспирантской общаге преобразилась: в черных металлических рамках на стенах развешаны странички календаря с голым карликом, наиболее памятные докладные записки... Листочки дисертации прижаты большим стеклом на старом лакированном столе. На подоконнике - трехлитровая банка с пожульканными тысячными купюрами. В день зарплаты Цахес бережно пересчитывал пачку три раза и тайком нес в свой уголок. Теперь он сидел на кровати, завернувшись в коричневый плед, теребил шерстяные нитки и собирался в Москву. В командировку.
ЖОПс вышел на новые рубежи бизнеса и местная рекламная индустирия не отвечала более могучему бренду ЖОПСа. От руководства поступило задание объявлять торжественный тендр среди столичных подрядчиков. От лица ЖОПса (хм..) на тендер отправлялся самый добросовестный и дисциплинированный сотрудник, наделенный исключительными полномочиями. Полномочия, с одной стороны, окрыляли, с другой от волнения немножко сводило что-то там.В общем, крошка теребил краешек пледа и волновался.

Между тем, в ЖОПсе началась горячая пора. Конкуренты давили со всех сторон. И решено было организавать масштабную антиконкурентрую пресс-конференцию. Ньюс-мейкерами выступали злобный колдун Борода из соседнего заведения и Фея Палыч, представлявшая интересы ЖОПса.
О Бороде ходили противоречивые слухи. Поговаривали, будто он не брезговал самыми грязными фокусами в погоне за капитализацией, будто мог продать душу за дешевую известность и время от времени нападал по ночам на других известных и уважаемых волшебников. Конечно, все прекрасно сознавали, каким мощным вампиром общественного внимания был колдун. В этом трудно признаться, но даже Палыч побаивалась предстоящей публичной встречи с Бородой.
Однако ж, отступать некуда, и в 15.00 в пятницу весь бомонд деловой журналистики и массовка информационщиков с любопытством ожидали мероприятия. Больше других волновались организаторы шоу.
- Волшебники должны быть добрее и честнее Папы Римского, - начал свое выступление Борода.
Палычу вся эта шумиха не доставляла ни малейшего удовольствия, он мучился под объективами видеокамер и мечтал, чтобы весь этот ужас скорее кончился и он смог вернуться в свой тихий кабинет. Однако Борода совсем разошелся, перехватывал все вопросы, не давал жопсовской фее вставить ни слова и в конце концов оставил Палыча в абсолютной тишине и одиночестве. Так не пойдет. Палыч сурово взглянул в сторону организаторов прессухи и потянулся к волшебной палке, скрученной из денежных купюр. Директор агентства поежился:
- Перерыв, перерыв на кофе! - скомандовал модератор.
Во второй части пресссухи за каждой репликой Бороды следовало объявление ведущего:
- А сейчас слово предоставляется многоуважаемой Доброй фее Палычу.
В ответ Палыч удовлетвореннно шевелил усами, говорил слово и ждал следующего объявления.

Юлька с Лизаветой Сергеевной чинно сидели за деревянным круглым столом на кухне у Габриэллов. Семейная буря улеглась, Ксюха, потрясенная походом на помойку, тихо сопела в кроватке в своей спальне, в доме воцарился мир и покой. Лизавета Сргеевна заканчивала свой детальный рассказ:
- В общем, эта мелкая тварь жрет людей. Причем, в огромном количестве. Паразитирует на чужих талантах. Счастлива и не ждет от жизни никаких неприятных сюрпризов.
- Нда, нужно проверить, - задумчиво сказала госпожа Габриэлл и подошла к книжному шкафу. Взяла со средней полки толстый толмуд в кожаной обложке, вернула за стол и принялась листать. "Нет, не корневичок.. на гнома тоже не похож"... тихо говорила она. На страницах кривлялись, кусали буквы, пищали и шипели всевозможные уродцы. Супруг заглянул через плечо феи. "Точно, не корневичок, - подтвердил он. Вы говорите, что есть какие-то особые отношения с феей Палычом?" - спросил он гостей.
- Сто процентов, - сказала Юлька. - Все знают, что Палыч могущественный колдун. Но наш малыш открывает к нему дверь одним пинком.
Вот тут, кстати, неправда. Коротышка никак не мог справиться с тяжелой дверью Палыча, поэтому каждый раз изо всех сил пинал ее, колотился и матерился отчаянно минут пятнадцать. "Цахес, дружок, ну зачем ты стучишься, к чему эти церемонии?, - каждый раз удивлялся Палыч, когда наконец, слышал суету за дверью. - Вот, право, природная интеллигентность" .
- А ведь это человек. Обычный карлик, - заключил Габриэлл. - А способность воровать таланты и массовое искажение зрения - дело рук Палыча. Реальное волшебство!
Он взял заварник и долил в гостям чаю..

Лизавета Сергеевна с Юлькой отправились к Габриэллам. Вероника дожидалась их внизу, в кофейне и недоумевала, что происходит вокруг. Весна была в разгаре, ночной воздух пропитал запах теплого ветра,  чьих-то духов с сердечной нотой корицы, чувство приближения моря. И это как раз не удивительно, а случается регулярно, из года в год. Проблема состояла в том, что теперь Веронику не радовало. Ни весна в целом, ни свежие сумерки, ни оживленные разговоры, ни предвкушение тепла. То есть, в мыслях все изменения четко фиксировались, а вот эмоции потускнели. И ни прыжки с парашютом, ни прогулка по вечернему городу, ни занятия любовью в общественном месте не помогут. Это ясно. Ясно, безнадежно и страшно печально. Взляд Вероники упал на чайную ложку. Она повертела ее в руках, у ложки был круглый черпачок и короткая ручка. Замечательная ложка! "Надо ее свистнуть", - мелькнуло в Вероникиной голове.  У барной стойки болтали официантки в бежевых фартучках. Вероника кивнула им и попросила счет. "Уходим быстро", - решила она, вложила в счет сто рублей, смахнула ложечку в карман и решительно вышла на улицу, сердце яростно колотилось. А на улице многое изменилось. В темноте потрясающе запахло теплым ветром, корицей - вроде чьи-то духи, и, это абсолютно точно, где-то совсем рядом чувствовалось море, соль, прибой - все как положено.
- Уфф, - с облегчением вздохнула Ника, оглянулась, нет ли погони (такой чудесной ложки стоило хватиться) и направилась к подъезду встречать подруг с новостями от волшебников.

Очень серьезные волшебники - чета Габриэллов - гостей в этот вечер не ждали. Более того, в доме происходил семейный скандал. Младший Габриэлл, пятилетняя Ксюша, любимый зайчик и маленький тиран терзала своих могущественных родителей.
- Хочу спать, когда хочу... (умываться!) Нет! (собрать игрушечный зверинец в коробку) Нет! - родители сбились с ног. Мама, ведущая фея Ордена Кровавой Лилии пыталась шлепнуть дочку, папа, предводитель Ордена Подводной Змеи, отстаивал альтернативные методы воспитания и пытался поймать ребенка, держа в одной руке щетку и открытый тюбик зубной пасты. Никакого волшебства...
- Все! Я от вас ухожу,  - Ксюша остановилась посреди коридора и решительно топнула сначала правой, потом левой ногой.
- Совсем? - задумалась на минуту мама-Габриэлл. - Одевайся, пойдем. - Вдруг заключила она.
- Куда?, - слегка растерявшись спросила Ксюша.
- На помойку. Ты же на помойке жить собираешься? Пойдем смотреть бомжей...
Через минуту мама и девочка вышли в темноту двора и направились к помойке. Ее жители готовились ко сну, сбивая в кучу трятье и картонные коробки. Ксюша очень внимательно наблюдала за копошащимися фигурками.
- Ты точно решила? - серьезно спросила фея. - Или еще подумаешь...
- Знаешь, мам, я наверное, пока уходить не буду... Подумаю еще немного, - решила девочка.
Два темных силуэта, большой и маленький, постояв с минуту у помойки, развернулись и пошли обратно к дому.

- Але, а у вас какой бюджет?
- Мм... ну, вроде, не скажу.. нельзя же вроде..
Обитателям каждой уважающей себя корпорации обязательно предлагается подписать документ о неразглашении секретов. Документ о Неразглашении. К развернутому списку того, что считается секретом, прилагается список наказаний. Документ подписывается в торжественной обстановке под тяжелым взглядом стража безопасности ЖОПса, авторучка скользит во вспотевшей ладошке новичка.
Поэтому, конечно, нельзя рассказывать коллеге из конкурирующей фирмы самую страшную тайну -- про бюджет. Тем более, что безопасник настороженно вслушивается в телефонную трубку и ждет, когда дрогнет твоя лояльность. А брат по цеху настойчиво канючит, тем более, что у всех остальных он уже все узнал. Тебе тоже интересно про остальных.
- Да ладно тебе! Ну расскажи..
- 57 миллионов.
Ну и пусть слушает. Наплевать. Пусть знает, что во-первых, его никто не боится, а во-вторых, никому уже давным-давно неинтересно его наличие.

Вероника шла по вечернему городу, держа в руках фотоальбом выпускников Творческого отдела ЖОПса. Этому заведению было отдано несколько лет жизни. Как могло произойти, что люди, числившиеся в списке вменяемых, попали под влияние коротышки. Похоже на какое-то колдовство. Фея Палыч - одно только чувство юмора которой могло все расставить на свои места...
Завизжав тормозами у тротуара приормозил синий фьюжн. Из окошла выглянула Юлька.
- Привет! Мы тут закрывали катательный сезон. Ты откуда?
- С работы Юль, забирала вещи.
- Сожрал?
- Сожрал. Происходит что-то странное
- Я тоже заметила. Отражающих, что Цахес - банальный урод человек пять. Может, заедем к Габриэллам?
По пути позвонили Лизавете Сергеевне.
- Цахеса по телеку показывали, в белом колпаке. ЖОПс проводит конкурс среди студентов на лучший рассказ о войне. "Каждого опалило ее тяжелым дыханием". Бред. Самое удивительное, что десяток инвалидов попал под скромное обаяние Цахеса, развернулась ожесточенная борьба за главный приз - водный пистолет с логотипом ЖОПса. 
- Поехали к Габриэллам. Они эксперты по мутантам..
- Щл.

Была у Цахеса большая проблема. Вероника. Светящаяся радостью красавица будила в карлике нечеловеческую зависть. Цахес очень страдал.
Поэтому во вторник у директора на столе появилась служебная записка. Неровным мелким почерком было выведено "Вероника - дура. Артист больших и малых театров, господин Циннобер". Жители корпорации узнали о проишествии спустя месяц. Заплаканная Вероника вошла в кабинет Творческого отдела, держа листок с резолюцией главного "Уволить". Слово было несколько раз перечеркнуто, потом снова написано чьей-то маленькой грязной ручонкой.
- Где этот засранец?, - резко спросила Вероника. И тут же увидела виновника.
Коротышка как раз примерял ее туфли, брошенные вечером под стол.
- Стоять!, - скомандовала она. Но тот стоять и не думал. В одной застегнутой туфле Циннобер рванул в коридор. Так быстро он не бегал со дня чудесной встречи с Палычем.

Наступил апрель, в мире царила любовь. В кабинетах ЖОПса стоял неуловимый аромат взаимного интереса и легкого флирта. И даже маленький Цахес, обычно собранный и непроницаемый как Щтирлиц, чувствовал желание отдаться безрассудству.
- Может перепихнемся, чувак?, - робко спрашивал он мужских обитателей ЖОПса. Вот так, по-юношески трогательно и прямо. 
"А он отчаянный, этот крошка Цахес", - зардевшись пунцовым румянцем думали практиканты Творческого отдела. Пару раз коротышка даже производил недвусмысленные поползновения в сторону Доброй Феи.
- Ладно-те!, - покатывалась та со смеху.- Остынь, горячка..", и привычно гладила своего любимца.
Как раз в этот романтический момент на пороге ЖОПса возник мужчина-звезда, товарищ Свалий. Изгнанный из самой Москвы за некудышные корреспонденции, он решил посвятить себя провинциальному бизнесу. Целыми днями товарищ Свалий заседал за монитором, отзываясь на вопросы любопытных работников Творческого отдела невозмутимым "ну, разумеется". Цахес, затаив дыхание, ходил вокруг недавнего москвича, пока наконец не собрался с духом:
- А что вы думаете, господин Свалий, о небольшом дружеском перепихоне, - в своей обычной манере приступил он к диалогу, стараясь держаться как можно свободнее.
- Ну, разумеется, это заманчиво. Однако, с Вашего позволения, не сейчас, - отозвался Принц.
Так у коллег родилась добрая традиция проводить вечера за долгими интеллектуальными беседами.

 Дела на службе у малыша Цахеса складывались как нельзя лучше. Каждое утро, налив себе в чашку кофейку, Фея Палыч приглашала коротышку на совещание по подбору ручек или блокнотов и с нежностью гладила его по голове, чтобы волшебное перо снова набрало силу.
"Ну что ж, - вздыхал, бывало, директор. Страшной, конечно... Зато умища сколько. Тут тебе и кандидат наук, и заслуженный творческий работник".
Цахес освоил несколько очень выразительных словосочетаний и с некоторых пор нет-нет, да бросал в окружении вице-президентов и других уважаемых людей что-то вроде "современная парадигма бизнеса требует переосмысления его социальной функции в постмодернистском ключе". Те, конечно, не находились, что ответить, и Цахес казался страшно интеллигентным человеком,  красивее на 79 процентов.
Но только вот иностранные консультанты почему-то упорно принимали Цахеса за обезьянку, и встречая его в коридоре или даже во время отчетного совещания начинали доставать из кармана фисташки и пытались угостить уродца. "Какая славная обезьянка живет у вас в корпорации, - восхищенно говорили они. - Как хорошо, что вы решили организовать в Танке живой уголок. Это благоприятно влияет на эмоциональную среду в коллективе".
Цахес визжал, швырял фисташки в консультантов, чем забавлял их еще сильнее.

Прошла уже половина года после того, как жители Творческого отдела обнаружили в шкафчике со служебками карлика Цахеса.
Сегодня Цахес был большим человеком, бизнесвумен и руководителем довольно среднего звена...
В 06.15 утра Цахес бодро выкарабкивался из полуметровой железной кроватки, брезгливо протирал мордочку старым вафельным полотенцем и приступал к сложному наряду.
Сначала он медленно натягивал черные шерстяные колготки в крупную резинку, любуясь своими кривыми тонкими ножками. Затем застегивал на тельце шелковую кофточку с пышным бантом. Кофточка была специально выкроена корпоративным портным по необычному изгибу цаховской фигуры. Дорогой шелк слегка обхватывал горб и разновысокие плечи. Оставаясь верным студенческому стилю, Цахес надевал черную юбочку и черный пиджак. Минут 25 уходило на завязывание яркого платочка на короткой шее. Завершала картину зеленая фетровая шляпа, позаимствованная у манекена в ЦУМе. Шляпа закрывала единственный глаз и повисала, зацепившись за нос коротышки.
"Единственный и неповторимый. Кандидат фикциологических и социологических наук. Крупный общественный деятель. И научный, и культурный. Главный редактор.. Самый главный редактор всего. Господин Циннобер" - такую незамысловатую подпись использовал Цахес в служебной переписке.

Во вторник утром корпорацию парализовала страшная новость. Собственно, никто так и не понял, что произошло. В 9.23 в коридоре президентского этажа служба безопасности обнаружила несколько жутких находок: правый носок, очки, клочок визитки и половинку верхней челюсти Мастера Интриг.
Сложные комбинации этого сухонького старичка уже несколько лет буквально пронизывали все офисы корпорации. Едва появившись на пороге ЖОПса, он взлетел по карьерной лестнице до главного советника директора и личного психиатра его жены. С тех пор блестящие взлеты маленьких жопсовских труженников, оглушительные разоблачения, громкие увольнения, неожиданные слияния сердец и страшные измены сплетались в цветное полотно его дел. Увлеченно брызжа слюной, он мог 7 часов подряд вещать о Креативе, Имидже, Потенциале... Он был везде одновременно. Был страшен и пуглив.
И вдруг оказаться так бездарно сожранным! Растерянный директор тихонько ходил по лестницам ЖОПса, на молчаливые вопросы подчиненных неслышно отвечал "Да, да, Мастер взял отпуск.. Поправить здоровье, давно собирался", и растворялся в воздухе, словно Дым. Фея Палыч, напротив, бодро рапортовала: "Ничего не поделаешь. Вылазка конкурентов - порешили нашего мастера, сволочи!". Что, впрочем, не мешало части подозрительных сотрудников думать, что непосредственно Фея могла здесь очень даже поучаствовать. Все знали о капризном нраве и могуществе Палыча.
Между тем некоторые откровенно недобрые и недоверчивые жопсовцы заподозрили малыша Цахеса. Это уж совсем невиданно! Во-первых, Мастер интриг был первым покровителем коротышки. Во-вторых, Цахес мог, конечно, покусать маркетолога. Но покуситься на Мастера - это черезчур.

Хитросплетения корпоративных отношений удобнее всего наблюдать на общественных праздниках. «Соберутся толпой и нажираются до визга», — так говорит о корпоративных праздниках один из тружеников овердрафта. Но мы позволим себе с ним не согласиться, поскольку существует по меньшей мере 4 уровня плотно сколоченной корпоративной вечеринки:

1. официальная часть - когда директор в сопровождении официальной жены и вся кадровая масса абсолютно трезвы. Служба безопасности следит за теми, кто слишком смело поднимает бокал и ест во время праздничного слова руководства. В течение ближайшего часа вся публика сосредоточенно следит за потугами наемного тамады. Тот судорожно пытается отработать гонорар мечты и при этом не сбиться с утвержденного в деталях сценария. Работники самозабвенно аплодируют победителю конкурса "Итак, как зовут любимую собаку нашего директора". Жена директора ласково улыбается залу, символизируя нимфу корпорации. Вдруг в самый напряженный момент из-за стола с напитками и закусками выходит Афанасий Васильч и направляется в центр зала. У тамады - легкая паника, безопасники рефлекторно тянутся к оружию... «Вы хотите разгадать загадку?» — с надеждой смотрит на него тамада. «Я станцую лезгинку», — констатирует А.В. И на глазах у изумленной публики в самом деле танцует лезгинку. Аплодисменты. Занавес.

2. Пьяная жена директора, главный бухгалтер, 70% кадровой массы и тамада. Все танцуют цыганский танец под караоке "Владимирский централ" в исполнении доброй феи. Добрая, кстати, фея уже лидирует по степени опьянения. Маленький мрачный уродец ковыряется в закусках в президиуме. "Жрать совсем нечего", - расстроенно бормочет он.

3. директор исчез. Публика расслабилась и распределилась в кружки по интересам: боулинг, бильярд, час сна. Среди кордебалета в разноцветных перьях в причудливом танце мелькает сильно нетрезвый карлик. "Наш зайчик", - с нежностью подумала Вероника, увидев танцующего Цахеса. - "Вот, есть же что-то человеческое..." И налила себе еще хереса.

4. Пьяный директор лежит на коленях у доброй стриптизерши-нимфы корпорации. Караоке отключили сотрудники ресторана. Они построились за стойкой и безнадежно наблюдают, как работники ЖОПса безо всякого музыкального сопровождения поют свою любимую песню. Каждый — свою. Уборщица аккуратно складывает в фирменный пакет спящего на полу Цахеса и отдает пакет водителю. Финал.

Корпоративный календарь - это ежегодный праздничный геморрой любого уважающего себя Творческого отдела. Вот и теперь на 117 этаже шли яростные споры о концепции 2005 года. Картины придворного художника Вобляцкевича "Исторические виды", "Разрушенный и заснеженный особняк" и "Осенние улица блахбурга" достали всех, включая самого Вобляцкевича не взирая на размеры гонораров.
"Сельские пирелли", предложенные юным копирайтером, могли жестоко оскорбить пенсионеров. "Деньги мира" - избито, "Звери и рыбы" - абстрактно, "Масштабированные веревки, зерна, железки" - плагиат.
Вдруг на стол кряхтя и отплевываясь забрался наш коротышка:
- Бабу! На долларах. Голую. После секса лежит. Довольная! - выпалил он. И тут же странно скорчился, потом вытянул тонкие ручки, зажмурился, состроил жалкую гримаску, изобразив картину целиком.
Так и сняли. Доллары, в соответствии с орининальной концепцией, доработал дизайнер Паша.
Календарь ЖОПс-2005 имел шокирующий успех. 12 слайдов с голым карликом в разных позах - суперсюр, почти Гринуэй. Кто мог предположить, что сверхконсервативное, провинциальное заведение решится на столь смелый культурный жест.

Вероника была душой корпорации, потому что каждой корпораци нужна душа. Не то, чтобы какой-то особенной -  просто для жизни ей хотелось настроения. Остальным обитателям ЖОПс, впрочем, тоже. Когда вокруг настоящие люди, слова, характеры, новости, цвета. По лестницам ЖОПса, в зеркальном лифте жопсовском лифте живые души поднимались на 117 этаж за теплым: "Хочешь кофе?" или по делу "Теперь будем делать кино..". По утрам, что-то около половины десятого, в корпорации загорался свет - девушка с взъерошенными каштановыми волосами, в развевающемся розовом плаще, в туфлях на высоком тонком каблуке бежала по коридору, опаздывая на утреннюю линейку. В Творческом отделе начиналась работа. Rammshtain сменяли ритмы итальянской эстрады, "песняров" - faithless, "травма черепномозговай-я, моя любо-о-вь" тихонько напевали  копирайтер с маркетологом.
В эту пятницу Вероника принесла в отдел коробку с новой партией чудесных штуковин - тут и гадальный шарик, и шелковый шарф, и водный пистолет в подарок самым дорогим клиентам.  Она не сразу заметила карлика, выглядывающего из-под крышки стола. Зато тот увидел ее, незаметно подкрался, хотел как обычно цапнуть, но запутался в сетке чулок.
- Ух ты, славный урод! - увидела его Вероника, выпутывая кривые пальчики визжащего от обиды Цахеса.
- Наш новый начальник, - поправил ее дизайнер Паша.
 

Новость казалась грандиозной. К нам едет Пинькофф, ожидается сначала большая пресс-конференция, потом брифинг, затем презентация и наконец, главная презентация для випов. В городе открывается многоэтажная пивоварня.
Со стороны ЖОПса работу курировала Лизавета Сергеевная, решительная женщина с холодным рассудком и горящими глазами. На самом верхнем этаже, в кабинете директора за пятиметровым овальным столом, на котором беспорядочно разбросаны визитки, сидели главные действующие лица мероприятия - ровно 11 деловек. Между креслами Палыча и Мастера интриг вертелся наш старый знакомый - горбатый человечек в замусоленом черном пиджачке. Лизавета Сергеевна вслух читала сценарий.
- Хорошая работа, господин Циннобер. У вас есть еще какие-нибудь предложения? - вдруг спросил директор у Цахеса.
Тот заерзал и через минуту нарисовал грязным пальцем на столе неприличный орган.
- И, если вырубят электричество, поставим на столах свечи, - закончила выступление Лизавета Сергеевна. Да уберите же отсюда этого урода, - она как-будто только что заметила коротышку и его произведение.
Следующее совещание было посвящено нарущению корпоративной этики, допущенному сотрудницей Творческого Отдела Е.С. Дареевой по отношению к вышестоящему руководству.